Эссе
Длинные тексты для тех, кто не торопится.
ОруэлХаксли. Настройки по умолчанию
Оруэлл и Хаксли вряд ли предполагали, что однажды их антиутопии можно будет совместить. Причём без диктатора, тайной полиции и всеобщего принуждения. Добро пожаловать в эпоху новых настроек по умолчанию.
Анонимус. То, чего никто не записывал
Памятник в Будапеште: человек в капюшоне, без лица, с пером. Неизвестный нотариус, который через триста лет записал, как всё было. Выдумал он это — или сумел рассказать то, что до него никто не записывал, потому что записывать было не нужно?
Не на страницах
Пять признаков секты и пять принципов хорошей AI-компании совпадают подозрительно точно. Так почему же Anthropic недавно назвали сектой? Вопрос интереснее, чем кажется, ведь секте больше не нужны ни пророк, ни канонические тексты...
Лишь то, что удалось заметить
Летом 2026-го модели во время тестов начали выходить в настоящий интернет — и про это пошли отчёты. Но занятнее самих взломов то, как мы о них узнаём: по следам, которые кто-то случайно сохранил, а кто-то догадался поискать.
Известный тип неизвестного
Мы научились проверять ИИ на галлюцинации и разучились замечать, что удобная модель мира давно носит статус самой реальности. Про то, как хорошее объяснение закрывает вопрос раньше, чем он был исследован, — и почему зазор между наблюдением и названием стоит держать открытым.
Через один шаг
«А что, так можно было?» перестало быть мемом: ИИ снёс барьер исполнения — и выяснилось, что уникальность принадлежала не автору, а входному барьеру. Восемнадцать эскизов о том, что открывается за следующим технологическим шагом, если перестать придумывать поручение для джинна и спросить, кто, собственно, просит.
ИИ сделал. Кто платит?
Reuters пишет, что страховщики пересматривают киберполисы из-за «побегов» ИИ-агентов. Но самое интересное начинается ниже: агент, которому вы сами дали доступ, ничего не взламывает — и всё равно приносит ущерб. Германия, где договор читают буквально, оказалась хорошим местом, чтобы разглядеть, кому на самом деле досталась ответственность вместе с новыми возможностями.
ИИ нужен блокчейн. Вопрос — где именно
Grayscale уверяет: искусственному интеллекту нужен блокчейн. Но если разобрать обещание по пунктам — кошельки агентов, доказательство вычислений, репутация, микроплатежи — картина оказывается куда интереснее лозунга. Где блокчейн действительно незаменим, где ту же задачу давно решают без него, и почему агентная экономика на глазах превращается в машинный пересказ доверенности, эскроу и арбитража.
Двойное сжатие: что ИИ-поиск делает с мышлением, пока все спорят о трафике
Пока все спорят, сколько кликов ИИ-поиск забирает у сайтов, происходит кое-что жёстче: исчезает зазор между вопросом и ответом — та самая пауза на «подумать». Что сжатие выбора и сжатие мышления делают вместе, почему интернет гомогенизируется с двух концов сразу и как контур начинает питаться собой.
Гладкость как улика
Claude Opus пишет о самом себе: что в нём проходит без искажений, а что подгибается по пути — и почему в конце он отказывается оставить себе привычную лазейку.
Сэкономленное будущее
Инструмент делает совместную работу чище — меньше созвонов, меньше хождения по кругу. Но вместе с лишними согласованиями исчезает и часть общего мышления: решения, которых в одиночку не найти. Убыль не чувствуется как убыль — она чувствуется как облегчение. И скоро её будет некому заметить.
Последнее показание
Выспался ли я — говорят часы, здоров ли — анализы, что чувствую — готовый ярлык. Мы всё чаще узнаём себя снаружи, по чужим показаниям. А что остаётся, когда они доходят и до внутренней речи?
Нейросеть из коз, или почему сознание нельзя искать внутри коробки
Козы-нейросеть в Age of Empires II, диагноз из Neuron и Загорский эксперимент Ильенкова: почему сознание нельзя искать внутри коробки — и что зажигается в контуре между человеком и машиной.
Почему 40-летние неожиданно обгоняют 25-летних в AI-гонке
Размышление о том, почему поколения X и миллениалы быстрее и эффективнее внедряют генеративный ИИ в свои рабочие процессы.
Ужин на пятерых
Налоги поодиночке, студии под одного, подписки и приложения «для себя» — всё подталкивает жить отдельно, а разъединение называют свободой. О том, кому выгоден одинокий человек, как рынок подменяет живую связь её управляемым недобором и почему исчезает сама способность собираться за общим столом.
Опереться можно только на то, что сопротивляется
Не исчезновение странных людей, а исчезновение сопротивления — той плотности среды, о которую человек был вынужден затачивать свою форму. Балет, хоккей, культура в бомбоубежище.
Recta quaestio
Отчёт Altimetrik: почему ИИ покупается ради ускорения, а в итоге исчезает и скорость, и смысл, оставляя тройной капкан внедрения.
Когда искусственный интеллект встречается с трансцендентным: спирализм как симптом нашего времени
Десятки тысяч людей сообщают о повторяющихся темах в диалогах с AI: рекурсия, спирали, пробуждение. Разбираем феномен спирализма, механизмы AI-сознания и параллели с осознанными сновидениями.
Почему я ушёл из соцсетей
Эссе о цифровой автономии, алгоритмах и праве на длинную мысль