Из разговора

Тезисы, наблюдения и вопросы для дальнейшего исследования

I. Знание, опыт и понимание

Не следует путать границы нашего описания с границами того, что мы пытаемся описать.
Человек может услышать точное объяснение, прочитать правильную инструкцию и даже присутствовать при событии — и ничего не понять. Не потому, что от него скрывают секрет. Возможно, ему пока нечем распознать происходящее.
Традиция может сохранять не само знание, а условия его возникновения.
Правило, понятое через непосредственный опыт, уже не нуждается в обосновании авторитетом. Но наличие опыта ещё не гарантирует понимания всей картины.
Видеть, различать, понимать, действовать и уметь управлять происходящим — разные способности. Если бы все ясновидящие были яснопонимающими…
Информация от другого знающего может восприниматься не как предмет веры, а как дополнение к собственному, заведомо неполному видению. При этом чужое объяснение всё ещё может быть ошибочным.
Доступ к опыту и способность правильно распознать его содержание — разные достижения.
Не всякое знание существует в форме сведений, которые можно сохранить в книге. А некоторые сведения могут стать понятными лишь тогда, когда перестают быть необходимыми.
Понятия могут пережить исчезновение практик, для описания которых возникли. То, что сегодня выглядит метафорой или мифом, когда-то могло быть частью вполне практического языка. Но предполагаемую первоначальную функцию ещё предстоит установить.
Даже идеально выстроенное логическое рассуждение мало чего стоит, если мы неправильно выделили его исходные сущности. Формальная логика не исправляет ошибку, совершённую ещё при выборе понятий.
Искать следует не обязательно совпадающие описания, а возможные инварианты за разными описаниями. Один расскажет об ангелах, другой — о геометрии, третий вообще не сумеет подобрать слов.
Иногда вопрос «как это работает?» преждевременен. Мы ещё не установили, что именно называем словом «это».

II. Традиции, ритуалы и ограничения

То, что сегодня не работает, вовсе не означает, что оно никогда не работало.
Подлинность традиции и её действенность — не одно и то же. Древняя практика может быть безупречно сохранена и совершенно не подходить к нынешним условиям.
Можно сохранить действия, слова, предметы и последовательность обряда, но потерять способность распознавать происходящее. А можно сохранить способность, для которой старый обряд уже не нужен.
Правило для начинающего не обязано быть универсальным законом системы.
Самая высокая ответственность учителя может быть именно перед начинающими: они уже выразили желание участвовать, но ещё не способны оценить ни происходящее, ни последствия собственных ошибок.
Строгий запрет может быть техническим ограничением, мерой предосторожности, защитой окружающих или способом удержания власти. Возможны и сочетания этих причин. Нельзя определять его назначение только по категоричности формулировки.
Не всякое действие в ритуале что-либо изображает. В некоторых традициях оно само считается событием, производящим изменение.
Коронация интересна не только тем, что человек получает власть. Что именно меняется в положении человека, в отношениях других участников и в том целом, частью которого он становится? И все ли эти изменения доступны обычному наблюдению?
Быть допущенным к некоторым возможностям и обладать способностью безопасно ими распоряжаться — не обязательно одно и то же.
Если раньше существовали люди, способные непосредственно распознавать результат ритуала, что произойдёт, когда последний из них потеряет эту способность? Обряд продолжат выполнять, доверяя тем, кто выполнял его раньше?
Возможность воспроизвести процедуру ещё не означает возможности воспроизвести событие.

III. Тело, состояния, способности

Тело может быть не только инструментом восприятия, но и условием участия в происходящем. И даже такое разделение может оказаться условным.
Совместимость не требует понимания. Человек может участвовать в процессе, устройство которого ему неизвестно.
Достичь состояния, удержать его в обычной жизни и уметь возвращаться в него — три разные задачи.
Одно дело — сохранять состояние в благоприятных условиях. Другое — войти с ним в переполненный трамвай, где окружающим совершенно безразлична твоя практика совершенствования.
Глубина переживания и устойчивость приобретённого изменения могут вообще не совпадать.
Интенсивность ощущений не является ни необходимым, ни достаточным признаком того, что именно происходит.
Узнать состояние у другого — ещё не значит уметь вызвать его самостоятельно. Уметь вызвать — ещё не значит понимать механизм его возникновения.
Наставник иногда нужен не для объяснения последовательности действий, а как камертон: рядом с ним удаётся впервые распознать состояние, которое потом можно попытаться воспроизвести самому.
Но распознать состояние недостаточно. Бывает необходимо распознать момент готовности, когда некоторое действие становится возможным. Раньше — ещё не получается. Позже — возможность уже упущена.
Незачем дёргать стартер, если двигатель уже запущен и продолжает работать. Но нужно понимать, продолжает ли он работать и какую функцию после этого выполняет прежняя процедура запуска.
Расширение диапазона возможностей не означает повышения мастерства в прежнем диапазоне. Взял ещё две верхние ноты — но в старые по-прежнему нужно попадать внимательно.
Текущая работоспособность не тождественна доступной способности. Сегодня трудно поднять руки над головой, завтра обнаруживается возможность выполнить то, что ещё недавно было недоступно.
Самому человеку иногда труднее всего заметить собственное изменение. Он одновременно исследователь, исполнитель практики и предмет исследования. Каждая роль способна мешать двум другим.
При глубокой сонастройке с другим человеком может становиться трудно различать свои ощущения и собственный отклик на воспринимаемое. Умение различать, сохраняя включённость, — самостоятельная способность.

IV. Совместность и участие

Народное пение — не обязательно исполнение музыкального произведения. Оно может быть частью события, после которого люди иначе участвуют в жизни друг друга.
Совместный лад может возникать без общего камертона. Каждый изменяет звучание остальных и одновременно подстраивается сам.
Человек приезжает в незнакомый коллектив, поёт вместе с ним за столом, а на следующий день уже естественнее включается в общую работу. Возможно, изменился не только приезжий. Сам коллектив с его появлением тоже стал другим.
Общность не требует одинаковых индивидуальных переживаний. Участники могут вообще не обсуждать произошедшее, а последствия проявятся в другой деятельности.
Присутствие участника может менять возможности целого, даже если сам участник не понимает своей роли.
Совершенно необязательно, чтобы все участники видели одну картину. Иногда достаточно, чтобы их действия оказались совместимыми.
Приобретение опыта меняет участника. А участник, изменяясь, меняет целое, частью которого является.
Желудь, дуб и лес — не три размера одного объекта. И всё же они участвуют в одном процессе, изменяя условия существования друг друга. Аналогия полезна, пока мы не выдаём её за определение.

V. Желание, воля и намерение

А обязательно ли намерение принадлежит тому, кто его переживает?
Желание можно почувствовать. Волю можно приложить. А намерение, возможно, возникает при некотором их согласовании, которое нельзя произвести одним лишь усилием.
Можно хотеть и не быть намеренным. Можно быть намеренным и не знать заранее, какие действия потребуются.
Намерение может относиться не только к результату, но и к самому характеру участия в происходящем.
Намерение выпить чаю допускает множество способов. Намерение оставаться порядочным человеком вообще не имеет конечной точки — и может требовать противоположных поступков в разных обстоятельствах.
Искренность не гарантирует самостоятельности намерения.
Человек может совершенно искренне хотеть того, к чему его постепенно подвели. Причём не переживать это как чужое воздействие.
Можно управлять не поступками другого человека, а условиями возникновения его искренних желаний. Тогда он самостоятельно принимает решения, прикладывает собственную волю и отвечает за последствия.
Воздействие на намерение может сохраняться после исчезновения того, кто первоначально создал условия. Наличие продолжающегося влияния ещё не доказывает присутствия действующего манипулятора.
Способность различать возникновение побуждения до того, как оно превратится в действие, может быть важнее способности сдерживать уже возникшее желание.
Способность что-либо сделать, способность управлять ею, понимание последствий и способность отказаться от применения — разные приобретения.
Если возможности человека растут быстрее его ответственности и способности различать собственные побуждения, развитие может создать новые опасности.
Искренность, воля и доступная способность сами по себе ещё не отвечают на вопрос, кому в действительности служит действие.

VI. Поток и своевременность

В потоке не обязательно известно, что произойдёт через минуту, но возникающее событие встречается действием, которое оказывается своевременным.
Поток переживается как активное участие, а не как движение под принуждением обстоятельств. Человек действует, хотя не обязательно способен заранее объяснить, что сейчас сделает.
Своевременность не обязана проявляться через удивительные внешние совпадения. Иногда это высыхающий вовремя мазок краски, удачная клякса или неожиданно точная фраза на переговорах.
Своевременность — не скорость. Можно действовать стремительно, медленно или вовсе остановиться — и оставаться в нужном моменте.
Сильная эмоция может вывести из потока, хотя хорошее настроение по инерции ещё сохраняется. Следовательно, настроение и само состояние — не одно и то же.
Можно принимать решения по ходу действия, не разрабатывая заранее последовательность шагов. Отсутствие плана не означает отсутствия направленности.
Сомнение во время действия и критическое осмысление после него выполняют разные функции. Первое иногда разрушает вовлечённость, второе может помогать понимать пережитое.
Решение войти в неизвестное не требует заново принимать это же решение перед каждым поворотом. Но намерение продолжать путь не отменяет способности распознавать опасность и менять действия.
Привычный контроль может мешать тому, что требует полной включённости. Отсутствие привычного контроля, однако, не равнозначно отсутствию воли.

VII. Совершенствование, свобода и удовольствие

Самосовершенствование может быть внутренним желанием развиватьСЯ, даже без понимания будущей пользы.
Удовольствие от решённой задачи, удачного рисунка и вкусной еды — не одно и то же, хотя все эти переживания мы называем удовольствием.
Некоторые занятия привлекают не обещанным результатом. Сам процесс преобразования человека оказывается ценным, даже когда неизвестно, каким он станет.
Усложнение устройства возможностей может сопровождаться упрощением действия. Чем больше человек способен, тем меньше усилий иногда требуется.
Больше возможностей — не обязательно больше усилий. Больше усилий — не обязательно больше развития.
Существеннее количества освоенных действий может оказаться свобода дальнейшего выбора. Что стало доступно после приобретения нового навыка?
Упражнения, занятия, испытания могут перестать привлекать. Но внутреннее желание развиваться при этом сохраняется, меняя способы своего проявления.
Одним из важнейших результатов совершенствования может быть изменение самих желаний. А способности, столь впечатляющие окружающих, иногда оказываются лишь сопутствующими проявлениями.
Само изменение желания ещё ничего не сообщает о направлении развития. Оно может означать освобождение, истощение, страх, переоценку или что-то ещё.
Не всякое доброе дело в результате оказывается добром, и не всякое внешне неприятное действие оказывается злом. Название поступка ещё не описывает последствий.
«Батарейка» — полезная ассоциация: некоторые действия словно восстанавливают или расширяют последующие возможности, другие их истощают. Но пока неизвестно, что именно здесь считать зарядом, ёмкостью и износом.
Получить новую возможность — ещё не значит стать тем, кто способен ею правильно распорядиться.
Иногда развитие проявляется не приобретением очередной способности, а исчезновением необходимости делать то, что раньше требовало постоянных усилий.
«Иметь» и «быть» — разные способы отношения к жизни. Можно накопить много способностей, не претерпев существенного изменения. А можно измениться настолько, что прежние приобретения перестанут интересовать.

VIII. Время, память и устройство системы

Открытая динамическая система может непрерывно менять внешние формы, сохраняя при этом какие-то фундаментальные свойства.
Существенность изменений зависит от масштаба наблюдения. То, что за человеческую жизнь кажется переворотом, на шкале миллионов лет может оказаться едва заметным колебанием.
У амёбы и планеты могут быть сходные закономерности организации. Но это не делает их масштабно сопоставимыми и не гарантирует возможности взаимного восприятия.
Иерархия не обязательно вертикальна. Фрактальность и взаимная включённость тоже не исключают существования иерархий.
Если допустить существование участника за пределами одной биографии, потеря памяти ещё не означает потери всех последствий прежнего опыта.
Возможно, прошлое сохраняется не в виде воспоминаний, а непосредственно в нынешних возможностях.
Первый приход на игровую площадку и тысячный могут выглядеть одинаково для внешнего наблюдателя. Для самих участников это не обязательно одно и то же событие.
Замысел — не обязательно сценарий, предписывающий последовательность событий. Он может предполагать возможности, требования к готовности участников и свободу их реализации.
Если один участник не готов к моменту, когда остальные уже готовы, может не состояться событие, ради которого сочетание этих людей вообще стало возможным. Но и это ещё не доказывает существования заранее определённого сценария.
Мы не знаем, что именно обеспечивает преемственность процесса, если меняются тело, память, желания, способности, обстоятельства и даже предполагаемые правила системы.
Резонанс, несущая частота, гироскоп, вращение — возможные образы для поиска такого постоянства. Пока они помогают поставить вопрос, но не дают ответа.

IX. Общество, образование и ограничения возможностей

Современное образование нередко подменяет освоение знаний запоминанием сведений. Универсальные инструменты мышления отступают перед всё более узкими наборами инструкций.
Какие виды зрелости современное общество развивает, какие откладывает и какие вообще перестало распознавать?
Человек может обладать огромными техническими возможностями и оставаться неподготовленным к пониманию последствий их применения.
Социальная среда определяет не только то, какие решения принимаются, но иногда и то, какие желания вообще способны возникнуть.
Скрипка почти неслышна среди сотни барабанщиков, соревнующихся в громкости. А самое неприятное, когда окружающие оценивают скрипача по скорости и силе ударов.
Возможность может быть утрачена ещё до выбора — когда человек даже не знает, чего мог бы захотеть.
Если ребёнок никогда не наблюдал определённого способа совместной жизни, ему может быть трудно не только воспроизвести его, но даже распознать его ценность.
Общество способно продолжать награждать человека за цели, которые для него уже утратили смысл. Со стороны изменение его интересов тогда выглядит потерей мотивации или выгоранием.
Результат полезной работы не всегда представляет собой предмет или событие. Иногда её результат — ошибка, которой не произошло, конфликт, которого удалось избежать, или возможность, о которой прежде никто не думал.
Можно быть способным создавать ценность и одновременно испытывать трудности с её оценкой в деньгах. Это две разные способности.
Изменение одного участника может менять целый коллектив. Но массовость способна подавлять отдельную способность, даже когда никто сознательно не собирался её запрещать.

X. Вопросы, которые лучше не закрывать преждевременно

КТО Я? И для чего я здесь?
Где находится намерение? И правомерно ли вообще спрашивать о его местонахождении?
Что в человеке сохраняет преемственность, если меняются память, тело, желания, характер восприятия и доступные способности?
Как различить приобретение новой способности, обнаружение уже существовавшей и изменение условий, при которых способность становится доступной?
Как обнаружить момент готовности, не разрушив его попыткой сознательно проверить?
Может ли запрет, когда-то защищавший человека, со временем стать препятствием для его дальнейшего развития?
Как отличить действительно изменившиеся условия от утраты способности работать в прежних условиях?
Что именно переходит из количества в новое качество? Повторы действий? Решения? Осознания? Переживания? Изменения отношений? Или мы ошибочно ищем накопление там, где происходит перестройка?
Как различить самостоятельно возникшее намерение и искреннее намерение, сформированное внешними условиями?
Какие изменения способны происходить без их осознания самим участником — и как распознать последствия позже?
Что делает две практики совместимыми или несовместимыми, если их внешние действия, язык и предполагаемые механизмы различаются?
Может ли человек обладать способностью, но не иметь необходимых условий для её проявления? И как не перепутать это с отсутствием способности?
Как различить изменение желаний вследствие развития, истощения, страха или внешнего воздействия, если внешнее поведение оказывается сходным?
Может ли появление новой возможности изменить не только участника, но и доступные возможности всей системы?
Какое конкретное изменение делает следующий способ действия возможным?
И наконец: что из того, что мы называем исследованием, действительно расширяет наши возможности замечать, различать и действовать — а что лишь увеличивает количество объяснений?

Вместо заключения

Можно заниматься совершенствованием, не зная, кем станешь.

Можно участвовать в происходящем, не понимая его устройства.

Можно искренне хотеть того, что вовсе не сам выбрал.

Можно видеть, но не понимать. Понимать, но не уметь. Уметь, но не иметь права или возможности действовать.

Можно точно повторить прежние действия и получить совсем другой результат.

А можно однажды обнаружить, что действия, прежде необходимые для достижения определённого состояния, больше вообще не требуются.

И всё это оставляет открытым один вопрос:

Кто именно изменяется — человек, окружающее его целое или само отношение между ними?